Рассмотрение демографических показателей в РФ: динамика, прогнозы, сравнение с развитыми странами

При поддержке Janssen
Рассмотрение демографических показателей в РФ: динамика, прогнозы, сравнение с развитыми странами

СМЕРТНОСТЬ

Россия вошла в ХХ в. с очень высокой смертностью. Об уровнях и тенденциях смертности можно судить по таким индикаторам как возрастные коэффициенты смертности, общий коэффициент смертности, стандартизованный коэффициент смертности, но наиболее корректными измерителями служат показатели таблиц смертности, в частности, самый известный из них – ожидаемая продолжительность жизни. Около 1900 г. в европейской части России ожидаемая продолжительность жизни мужчин при рождении составляла всего 30,5, женщин – 32,8 года, отставание от многих европейских стран было очень большим, хотя и в этих странах она была тогда сравнительно невысокой.

Коренные изменения произошли в первой половине ХХ в. в развитых странах, где набрал силу особый исторический процесс – «эпидемиологический переход», или «эпидемиологическая революция». Впервые в истории удалось установить эффективный контроль над наиболее опасными в прошлом инфекционными и паразитарными заболеваниями – этот этап иногда называют «первой эпидемиологической революцией» – и, благодаря этому, резко повысить ожидаемую продолжительность жизни населения индустриально развитых стран. Между началом ХХ века и 1960 г. она выросла в этих странах на 20 и более лет, причем Россия, имевшая очень низкий исходный уровень, принадлежала к числу стран, достигших наибольшего выигрыша: продолжительность жизни мужчин в России выросла на 34 года, женщин – на 40 лет, она значительно сократила свое отставание от многих европейских стран и даже обогнала некоторые из них.

На протяжении последних полутора десятилетий (2004-2019 гг.) продолжительность жизни в России растет, причем этот рост какое-то время имел восстановительный характер. Только к 2009 г. у женщин и к 2013 г. у мужчин были восстановлены значения показателя, отмечавшиеся либо в середине 1960-х гг., либо во время антиалкогольной кампании 1985 г., и только после этого начался реальный рост продолжительности жизни, который наблюдается с тех пор на фоне почти полувекового периода стагнации. Но пока значительное отставание России от большинства развитых стран сохраняется

Уровень и темпы роста ожидаемой продолжительности жизни существенно различаются у мужчин и женщин. За период с 2003 по 2019 г. ее рост у мужчин был в 1,5 раза выше, чем у женщин, в результате, разница в ожидаемой продолжительности жизни между мужчинами и женщинами, которая в первой половине 2000-х гг. превышала 13 лет, сократилась до 10 лет в 2019 г.

Младенческая смертность. Важным индикатором социального и демографического благополучия служит показатель младенческой смертности. В отличие от показателей смертности практически во всех возрастных группах, показатель младенческой смертности в России имеет устойчивую положительную динамику и снижается довольно стабильно на протяжении нескольких десятилетий. Но это не значит, что в России с этой характеристикой смертности все хорошо и обращать специальное внимание на снижение смертности детей в возрасте до 1 года нет необходимости.

За три последние десятилетия уровень младенческой смертности снизился во всех странах, в том числе и в тех, которые в 1990 г., как и Россия, выделялись высоким уровнем младенческой смертности. В Венгрии он уменьшился в 4,4 раза, в Румынии - в 4,1 раза, в Польше – в 4 раза, а в России – всего в 3,4 раза. В 2018 г. младенческая смертность в России была в 1,6 раза выше, чем в Германии или Португалии, в 1,8 раза выше, чем в Италии, в 2 раза выше, чем в Испании, и в 2,6 раза выше, чем в Швеции. При этом все же следует иметь в виду, что во всех случаях речь идет об очень низких, по историческим меркам, показателях.

Смертность и затраты на здравоохранение. Причины российского отставания в снижении смертности многообразны, они могут корениться в современной социальной структуре российского общества, в политической и культурной истории страны, в ее географических и климатических особенностях и т.п. Возможно, имеют значение устаревшее медицинское образование и отставание отечественной медицинской науки. Но едва ли не самая очевидная, а, может быть, и самая главная причина, не отменяющая все остальные, – это многолетнее недофинансирование здравоохранения.

В 2018 г. государство тратило на нужды здравоохранения 3,2% от ВВП, и только один раз с 2000 г. доля этих затрат достигла 4%. О том, много это или мало позволяет судить сравнение с другими странами.

В Польше – не самой богатой европейской стране – на эти нужды расходуется 4,5% ВВП, в Венгрии – 4,9%, во многих европейских странах – свыше 9%, в США – 14% (данные за 2016 г.).

Современная высокая продолжительность жизни стоит дорого, её невозможно обеспечить при низких российских затратах, тем более если учесть накопившееся отставание, – ведь и в советское время здравоохранение финансировалось по «остаточному принципу». Россия «оказалась вне современных тенденций, которые характерны для макрорасходов на здравоохранение в большинстве развитых стран мира». В частности, ученые отмечают характерную для России низкую долю затрат на профилактику в общих расходах здравоохранения – 0,8%, притом, что, скажем, в Норвегии это – 3%, в Англии – 5,4%, в Канаде – 6,2%. А ведь современное здравоохранение – это прежде всего профилактика и только потом квалифицированное качественное эффективное лечение.

В Концепции демографической политики РФ на период до 2025 года, утвержденной Указом Президента от 9 октября 2007 г., в качестве одного из целевых показателей определено увеличение ожидаемой продолжительности жизни к 2015 году до 70 лет, к 2025 году - до 75 лет. 

Обозначенный в Концепции целевой показатель на 2015 г. был достигнут и даже превышен на 1,39 года, ожидаемая продолжительность жизни для обоих полов в 2015 г. составила 71,39 года. Для достижения целевого показателя Концепции к 2025 г. необходимо, чтобы в оставшиеся шесть лет (2019-2025 гг.) среднегодовой прирост ожидаемой продолжительности жизни составлял 0,22 года, что, видимо, возможно.

Впоследствии в Указе Президента РФ от 7 мая 2018 г. N 204 «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года» целевой показатель на середину 2020-х гг. был изменен и было признано необходимым повысить ожидаемую продолжительность жизни до 78 лет к 2024 году и до 80 лет к 2030. При исходном уровне 73,34 года в 2019 г. это предполагает ежегодный прирост ожидаемой продолжительности жизни на протяжении 11 лет (2019-2030 гг.) в среднем на 0,61 года, в том числе в первые 5 лет (2019-2024 гг.) – в среднем на 0,93 года. Мировой опыт не знает подобных темпов роста этого показателя.

Позднее, с учетом изменившихся обстоятельств, Указом Президента России от 21 июля 2020 г., целевые показатели майского Указа 2018 г. были скорректированы, в частности, достижение ожидаемой продолжительности жизни на уровне 78 лет было отодвинуто с 2024 г. на 2030 г. Достигнуть этого рубежа можно при условии ежегодного прироста показателя в среднем на 0,42 года.

РОЖДАЕМОСТЬ

Рождаемость условных и реальных поколений. Тенденции рождаемости последних 30 лет в России – в основном закономерное продолжение долговременных тенденций, сложившихся в послевоенный, а отчасти – и в довоенный период и отражающих переход к низкой рождаемости в рамках демографического перехода. К началу 1960-х гг. городское население России в основном совершило этот переход, и так как уже тогда горожане составляли 55% населения России, то в середине 60-х это привело к общему снижению рождаемости ниже границы простого воспроизводства населения (при смертности того времени - 2,14 рождения на одну женщину). У сельского населения существенно более высокая рождаемость сохранялась до начала 90-х гг., но доля сельского населения неуклонно сокращалась, тогда как доля городского населения с низкой рождаемостью росла, к 1990 г. она достигла 74%, и оно уже в полной мере определяло общий уровень рождаемости в стране. В первой половине 90-х гг. резко упала и рождаемость сельского населения, она также опустилась ниже границы простого воспроизводства (2,1 рождения на одну женщину), и это еще более снизило общий уровень рождаемости.

Особенно важно понять причины глубокого падения коэффициента суммарной рождаемости в 1990-е годы. В основном оно было обусловлено начавшимися в эти годы необратимыми качественными изменениями в области рождаемости, имевшими не только и даже не столько демографические, сколько очень важные социальные последствия. На глазах менялась жизненная стратегия, в том числе и демографическая, новых поколений молодых людей, эти перемены стали характерной чертой последующих десятилетий и не завершены еще и сейчас.

В большинстве развитых стран такие перемены развернулись на два-три десятилетия раньше, в 70-е гг. Они выразились в том, что повсеместно повышался возраст вступления в первый брак и рождения первых детей.

Динамика рождаемости реальных поколений свидетельствует о высокой устойчивости и адаптивности репродуктивного поведения людей, которые могут изменить сроки рождения детей, но, как правило, не меняют свои намерения в отношении конечного их числа.

Уровень рождаемости и число рождений в России. Уровень рождаемости – один из двух ключевых факторов, определяющих ежегодное число рождений в стране, от которого, в свою очередь, зависит естественный прирост ее населения. Второй ключевой фактор – половозрастная структура населения, в частности, число и возрастной состав потенциальных матерей – женщин репродуктивных возрастов.

Нынешний этап эволюции возрастной структуры также не дает оснований для оптимистических ожиданий. Между 2000 и 2011 гг. число женщин репродуктивных возрастов в России выросло на 1,4 млн. Это дало прибавку числа рождений, которая обычно приписывается заслугам демографической политики, хотя число рождений в любом случае должно было увеличиться. Но с 2011 г. началось сокращение числа женщин наиболее активных репродуктивных возрастов, и до 2031 г., то есть за двадцать лет, оно сократится на 7 млн. Это огромное сокращение и, конечно, его следствием станет сокращение числа рождений, которое уже началось.

Прирост числа рождений шел с начала 2000-х годов (за исключением трудно объяснимого падения в 2005 г.) без всяких специальных мер. Введение в 2007 г. материнского капитала дало резкий подскок, но на короткое время, уже через год прирост числа рождений был даже меньшим, чем в 2002 году, быстро сокращался, а затем сменился его непрерывным снижением (кроме 2012 г.), перешедшим далее в отрицательные значения, что неизбежно при непрерывном сокращении числа потенциальных родителей.

Рождаемость и планирование семьи. Переход к новой возрастной модели рождаемости свидетельствует о том, что подавляющее большинство семей в России регулируют и число детей, и сроки их появления. Это было ясно и прежде, поскольку малодетность в России давно уже не новость. Новизна же, которую принесли 90-е гг., заключается в том, что начался стремительный переход от массового использования такого «пожарного» инструмента регулирования, как искусственный аборт, к планированию семьи, основанному на применении современных противозачаточных средств, – до России, наконец, докатилась «контрацептивная революция», совершившаяся на Западе еще в 1960 – 1970-е гг.

Первые десятилетия нынешнего века в России характеризуются резким сокращением числа абортов, до этого очень высоким. Если в 1970 г. доля зачатий, заканчивающихся абортом, превышала 70%, то в 2018 г. она была немногим более 30%. В 1960-70-е гг. на одни роды приходилось два-три аборта, а сегодня родов вдвое больше, чем абортов (причем аборты в данном случае включают и выкидыши/самопроизвольные аборты). Это значит, что незапланированных беременностей стало намного меньше.

Уровень рождаемости и демографическая политика. Сейчас по уровню рождаемости Россия не выделяется на фоне десятков других постпереходных стран. Во всех этих странах рождаемость не достигает уровня необходимого даже для простого воспроизводства населения. Но именно повсеместное распространение низкой рождаемости указывает на то, что ее низкий уровень имеет весьма глубокие основания и добиться его повышения в обозримом будущем хотя бы до уровня простого замещения поколений (2,1 рождения на женщину), что неоднократно, но безуспешно пытались сделать правительства многих стран, едва ли возможно. По-видимому, современная низкая рождаемость укоренена глубже, чем кажется многим политикам и экспертам, и современным обществам придется как-то адаптироваться к этой исторически новой ситуации.

Предпринимаются попытки повысить рождаемость и в России, но и здесь они едва ли могут достичь декларируемых целей. Активизация таких попыток в современной России ведет отсчет от Послания Президента РФ Федеральному собранию в 2006 г., где была провозглашена «программа стимулирования рождаемости». Она включала ряд мер материальной поддержки семей с детьми, центральной и наиболее известной из которых стал материнский капитал. Меры материальной поддержки семей с детьми совершенствовались и в дальнейшем, расширились возможности использования материнского капитала, появились региональные материнские капиталы, увеличивался круг получателей такой поддержки, повышался размер пособий. Очередное обновление мер произошло уже в 2020 г., среди них, в частности, введение материнского капитала на первого ребенка, чего прежде не было.

Все подобные меры способствуют некоторому повышению благосостояния семей с детьми, часто просто снижению бедности, и в этом заключается их важный социальный смысл. Однако это не значит, что они ведут к более высокой рождаемости. Доля малоимущих среди семей с детьми до 18 лет в России довольно высока – порядка 20%, остальные 80% – не бедные. Но именно поведение этого относительно благополучного большинства определяет общий низкий уровень рождаемости в России, как и во всех других развитых странах, часто намного более богатых, чем Россия.

Перспективы повышения рождаемости в официальных документах. В 2001 г. Распоряжением Правительства РФ была утверждена Концепция демографического развития Российской Федерации до 2015 г. В ней, в частности, отмечалось, что в России «современные параметры рождаемости в два раза меньше, чем требуется для замещения поколений: в среднем на одну женщину приходится 1,2 рождения при 2,15, необходимых для простого воспроизводства населения». В качестве одной из целей указывалось «создание предпосылок для повышения рождаемости», но конкретные целевые показатели не назывались.

В октябре 2007 г. Президент Российской Федерации утвердил новую Концепцию демографической политики Российской Федерации на период до 2025 года. В ней ставилась цель увеличить суммарный коэффициент рождаемости 2006 года (1,31) в 1,3 раза к 2016 г. и в 1,5 раза – к 2025 г., т.е. соответственно до 1,70 и до 1,96. Впоследствии эти цели были несколько скорректированы, в Указе Президента от 7 мая 2012 г. ставилась цель повышения суммарного коэффициента рождаемости к 2018 г. до 1,753. Эта цель не была достигнута, и в новом Указе Президента - от 7 мая 2018 г. – была обозначена цель увеличения суммарного коэффициента рождаемости до 1,7 к 2024 г.

В 2013-2016 гг. фактический суммарный коэффициент рождаемости превышал 1,7, однако впоследствии он начал падать и в 2019 г. опустился до 1,5.

СРАВНЕНИЕ ДЕМОГРАФИЧЕСКИХ ПОКАЗАТЕЛЕЙ РФ С РАЗВИТЫМИ СТРАНАМИ

Численность населения. По состоянию на 1 января 2021 г. численность населения РФ составила 146,2 млн человек (рис. 1). С 1980 по 2021 г. численность населения страны возросла только на 6% (8 млн человек с учетом присоединения Республики Крым и г. Севастополя), а за последние 6 лет (с 2015 по 2021 г.) – снизилась на 0,1% (0,1 млн человек).

По возрастной структуре население разделено следующим образом (на 1 января 2021 г.): трудоспособное население — 56%, дети от 0 до 15 лет — 19%, лица старше трудоспособного возраста (мужчины старше 61 лет и женщины старше 56 лет) — 25%. По сравнению с 1980 г. население РФ существенно постарело, тогда доля детей составляла 23%, а доля лиц старше трудоспособного возраста — 16%.

Динамика численности населения РФ (на 1 января)
Рис. 1. Динамика численности населения РФ (на 1 января)

Рождаемость. Демографическая ситуация в РФ характеризуется сокращением рождаемости. На рис. 2 продемонстрирована динамика коэффициента рождаемости (число родившихся живыми на 1000 населения в год) в РФ и странах ЕС. Видно, что в РФ с 1988 по 1999 г. (за 11 лет) этот показатель снизился почти в 2 раза, с 1999 по 2011 г. (за 12 лет) он вырос на 52%. В период с 2011 по 2015 г. рождаемость оставалась на прежнем уровне, а затем, с 2015 по 2020 г., началось ее резкое снижение — почти на 26% за 5 лет. В 2020 г. в РФ всего родилось 1,4 млн человек, коэффициент рождаемости составил 9,8 живорожденных на 1000 населения, что практически на уровне «новых-8» стран ЕС (10,0 случая), и на 4% выше, чем в «старых» странах ЕС (9,4 случая).

Динамика общего коэффициента рождаемости в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 2. Динамика общего коэффициента рождаемости в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

На рис. 3 показано изменение суммарного коэффициента рождаемости, или фертильности (среднее количество детей, рожденных одной женщиной в детородном возрасте — 15–49 лет), в РФ и странах ЕС. В РФ данный показатель с 1980 по 2020 г. сократился на 20%, а за последние 5 лет — на 15%. В 2020 г. он составил 1,51 ребенка на одну женщину, что на 1,6% ниже, чем в «старых» странах ЕС (1,53), и на 0,3% выше, чем в «новых-8» странах ЕС (1,50).

Динамика суммарного коэффициента рождаемости (фертильности) в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 3. Динамика суммарного коэффициента рождаемости (фертильности) в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

Ожидаемая продолжительность жизни при рождении (ОПЖ) — это главный показатель оценки состояния здоровья населения, который рассчитывается на основании повозрастных коэффициентов смертности. ОПЖ — это количество лет, которое в среднем предстоит прожить человеку, рожденному сегодня, если на протяжении его жизни повозрастные коэффициенты смертности останутся такими же, как в год, когда вычисляется показатель. С 1980 по 2019 г. ОПЖ в РФ возросла всего на 5,9 лет из-за существенного ее падения в период с 1988 вплоть до 2004 г. За период 2015-2019 гг. ОПЖ выросла на 2 года. Несмотря на это, в 2019 г. в РФ ОПЖ была на 4,6 года ниже, чем в «новых-8» странах ЕС, и на 8,7 года ниже, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 73,3; 78 и 82,1 года). При этом в 1987 г. разница с «новыми-8» странами ЕС составляла меньше 1 года (рис. 4). В 2020 г. ОПЖ вследствие короновирусной пандемии в России снизилась на 1,8 года, а в «новых-8» и «старых» странах ЕС – 1,2 и 0,8 года соответственно.

Динамика ожидаемой продолжительности жизни при рождении в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 4. Динамика ожидаемой продолжительности жизни при рождении в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

Наиболее выражена разница с развитыми странами по ОПЖ у российских мужчин. В 2019 г. ОПЖ мужчин в РФ была на 6 лет меньше, чем в «новых-8» странах ЕС, и на 11 лет меньше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 68,2; 74,2 и 79,2 года). В 1987 г. по сравнению с «новыми-8» странами ЕС эта разница была только 2 года (рис. 5).

Динамика ожидаемой продолжительности жизни при рождении мужчин в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 5. Динамика ожидаемой продолжительности жизни при рождении мужчин в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

Следует также отметить, что российские мужчины живут почти на 10 лет меньше, чем российские женщины (соответственно 68,5 и 76,4 года). В 1986 г. эта разница была меньше и составляла 8,6 года (рис. 6). Наблюдается также высокая разница между ОПЖ городского и сельского населения, которая в 2020 г. составила 1,1 года (соответственно 71,8 и 70,7 года). Самая низкая разница в ОПЖ за вес рассмотренный период между городским и сельским населением — 0,7 года была в 1995 г. (рис. 7).

Ожидаемая продолжительность жизни при рождении мужчин и женщин в РФ
Рис. 6. Ожидаемая продолжительность жизни при рождении мужчин и женщин в РФ
Ожидаемая продолжительность жизни городского и сельского населения РФ
Рис. 7. Ожидаемая продолжительность жизни городского и сельского населения РФ

Смертность. Общий коэффициент смертности (ОКС) (число умерших на 1000 населения). Всего в РФ в 2020 г. умерло 2,1 млн человек. С 1986 по 2019 г. (за 33 года) ОКС увеличился на 18%, а в 2020 г., по сравнению с 2019 г., вследствие коронавирусной пандемии ОКС увеличился на 19%. Несмотря на то, что с 2013 по 2019 г. ОКС в РФ снизился на 8%, этот показатель в РФ на 10% был выше, чем в «новых-8» странах ЕС, и на 20% выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 12,3; 11,2 и 10,2 случая на 1000 населения). При этом в 1980–1990 гг. ОКС в РФ был на уровне «новых-8» стран ЕС (рис. 8).

Динамика общего коэффициента смертности в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 8. Динамика общего коэффициента смертности в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

Стандартизованный коэффициент смертности (СКС) показывает, сколько бы человек умерло, если бы возрастной состав населения был таким же, как и в стандарте ВОЗ (здесь и далее расчеты СКС сделаны по европейскому стандарту населения). СКС рассчитывается на 100 тыс. населения и является более адекватным показателем, чем ОКС. Он используется для сравнения разных стран и регионов между собой, а также для одной страны в динамике при изменении структуры населения. В РФ СКС от всех причин смерти с 1980 по 2017 г. снизился на 30%, а с 1986 г. — на 22%. С 2012 по 2017 г. снижение СКС составило 12%. Несмотря на это снижение, в 2017 г. в РФ разница по СКС с развитыми странами была значительно выше, чем разница по ОКС: в 1,3 раза выше, чем в «новых-8» странах ЕС, и в 1,9 раза выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 959, 722 и 507 случаев на 100 тыс. населения). При этом в 1986 г. разница по этому показателю с «новыми-8» странами ЕС была незначительной (рис. 9).

Динамика стандартизованного коэффициента смертности в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 9. Динамика стандартизованного коэффициента смертности в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

Коэффициент младенческой смертности (число умерших в возрасте до 1 года на 1000 родившихся живыми). В РФ этот показатель значительно снижается: с 1980 по 2020 г. — в 4,9 раза, за период с 2013-2020 гг. — в 1,8 раза (для справки: подъем показателя в 2012 г. связан с переходом на новые критерии живорождения). Однако в 2019 г. в РФ коэффициент младенческой смертности был в 1,4 раза выше, чем в «новых-8» странах ЕС, и в 1,5 раза выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 4,9; 3,4 и 3,3 случая на 1000 родившихся живыми) (рис. 10). В 2020 г. всего в РФ умерло в возрасте до 1 года — 6,5 тыс. детей.

Динамика коэффициента младенческой смертности в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 10. Динамика коэффициента младенческой смертности в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

Смертность детей в возрасте от 0 до 14 лет (число случаев на 100 тыс. населения соответствующего возраста). В РФ этот показатель постоянно снижается: с 1990 по 2019 г. — в 3,3 раза, за период 2013-2019 гг. — в 2 раза. Однако в 2019 г. в РФ смертность детей от 0 до 14 лет была в 1,5 раза выше, чем в «новых-8» странах ЕС, и в 1,6 раза выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 48,8; 33,1 и 29,9 случая на 100 тыс. населения соответствующего возраста) (рис. 11). Самая большая проблема в РФ — это высокая смертность граждан трудоспособного возраста; в 2019 г. в этом возрасте умерло 379,4 тыс. человек, в расчете на 100 тыс. населения — это 466,4 случая.

Динамика смертности детей в возрасте 0-14 лет в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 11. Динамика смертности детей в возрасте 0–14 лет в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

Смертность трудоспособного населения РФ в динамике. На рис. 12 показана динамика коэффициента смертности всего трудоспособного населения с 1990 по 2019 г., а также в разбивке по полу. Видно, что в РФ показатели смертности населения трудоспособного возраста резко повышались по сравнению с 1990 г. дважды: 1990-1994 гг. (когда КС всего трудоспособного населения возрос в 1,7 раза) и 1998-2005 гг. (когда КС всего трудоспособного населения возрос в 1,4 раза). Только в 2017 г. показатель КС трудоспособного населения вернулся на уровень 1990 г.

При этом в РФ, в 2019 г. (как в 1990 г.) смертность мужчин трудоспособного возраста была в 3,5 раза выше, чем смертность женщин в этом возрасте (7,0 и 2,1 случая на 1 000 населения РФ соответственно).

По расчетам академика Российской академии наук А.Г. Аганбегяна, этот показатель в РФ в 3,4 раза выше, чем в странах ЕС. Научные данные свидетельствуют, что в половине случаев это напрямую или косвенно связано с избыточным потреблением алкоголя и табакокурением.

Динамика КС населения трудоспособного возраста в РФ
Рис. 12. Динамика КС населения трудоспособного возраста в РФ

Структура смертности по основным причинам. На рис. 13 представлена структура смертности всего населения в РФ в 2020 г. Видно, что основными причинами смертности являются неинфекционные заболевания: болезни системы кровообращения (БСК) — 44%, новообразования — 14%, внешние причины — 7%, болезни органов пищеварения — 5%, болезни органов дыхания — 5%, инфекционные болезни — 2%.

Структура смертности всего населения в РФ в 2020 г.
Рис. 13. Структура смертности всего населения в РФ в 2020 г.

На рис. 14 представлена структура смертности трудоспособного населения в РФ. Видно, что от БСК умирают 30% граждан трудоспособного возраста, а от внешних причин — 23%.

В РФ смертность от БСК, несмотря на снижение (с 1980 по 2017 г. — на 43%, за период 2012-2017 гг. — на 26%), является одной из самых высоких в мире. Так, в 2017 г. СКС от БСК в РФ был в 1,4 раза выше, чем в «новых-8» странах ЕС, и в 3 раза выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 435, 312 и 146 случаев на 100 тыс. населения соответствующего пола и возраста) (рис. 15).

Структура смертности трудоспособного населения в РФ в 2019 г.
Рис. 14. Структура смертности трудоспособного населения в РФ в 2019 г.
Динамика стандартизованного коэффициента смертности от болезней системы кровообращения в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 15. Динамика стандартизованного коэффициента смертности от болезней системы кровообращения в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

СКС от злокачественных новообразований в РФ с 1980 по 2017 г. снизился на 23%, а с 2012-2017 гг. последние 5 лет — на 7%. В 2017 г. этот показатель в РФ был на 18% ниже, чем в «новых-8» странах ЕС, но на 4% выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 158, 193 и 152 случая на 100 тыс. населения соответствующего пола и возраста) (рис. 16).

Динамика стандартизованного коэффициента смертности от злокачественных новообразований в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 16. Динамика стандартизованного коэффициента смертности от злокачественных новообразований в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

При сравнении СКС от злокачественных новообразований среди населения в возрасте 0–64 года разница со «старыми» странами ЕС более выражена. На рис. 17 видно, что в 2013 г. в РФ этот показатель был на уровне «новых-8» стран ЕС и в 1,5 раза выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 88,2; 83,4 и 59,2 случая на 100 тыс. населения соответствующего пола и возраста). К сожалению, в базе данных ВОЗ не представлены данные за последние годы, вероятнее всего, сегодня СКС от злокачественных новообразований в возрасте до 64 лет в РФ по-прежнему значительно выше, чем в «старых» странах ЕС.

Динамика стандартизованного коэффициента смертности от злокачественных новообразований среди населения в возрасте 0-64 года в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 17. Динамика стандартизованного коэффициента смертности от злокачественных новообразований среди населения в возрасте 0–64 года в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

СКСот внешних причин смерти в РФ с 1980 по 2017 г. снизился в 1,8 раза, за последние 5 лет — на 22%. Несмотря на снижение, в 2017 г. СКС от внешних причин в РФ был в 2 раза выше, чем в «новых-8» странах ЕС, и в 3,3 раза выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 95, 47 и 29 случаев на 100 тыс. населения соответствующего пола и возраста) (рис. 18).

Динамика стандартизованного коэффициента смертности от внешних причин в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 18. Динамика стандартизованного коэффициента смертности от внешних причин в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

СКС от некоторых инфекционных и паразитарных болезней в РФ с 1980 по 2017 г. снизился всего на 8%, а с 1990 по 2017 г. показатель возрос в 1,7 раза, за последние 5 лет — на 10%. При этом в 2018 г. СКС от инфекционных болезней в РФ был в 3,7 раза выше, чем в «новых-8» странах ЕС, и в 2,5 раза выше, чем в «старых» странах ЕС (соответственно 21,6; 5,9, и 8,6 случая на 100 тыс. населения) (рис. 19).

Динамика стандартизованного коэффициента смертности от инфекционных болезней в РФ, новых-8 и старых странах ЕС
Рис. 19. Динамика стандартизованного коэффициента смертности от инфекционных болезней в РФ, «новых-8» и «старых» странах ЕС

Естественное движение населения РФ — это обобщенное название совокупности рождений и смертей, изменяющих численность населения так называемым естественным путем. На рис. 20 показана динамика естественного движения населения РФ. Видно, что с 1960 по 1991 г. наблюдался положительный прирост населения (зеленая кривая), а с 1992 г. — число умерших превышало число родившихся. Тенденция лишь немного сменилась на положительную в период 2013-2015 гг. С 2016 г. в РФ смертность из-за изменений возрастной структуры населения снова начала преобладать над рождаемостью. В 2020 г. естественная убыль населения России значительно усилилась (до 702 тыс. человек), главным образом, из-за сверхсмертности вследствие коронавирусной инфекции COVID-19.

Динамика естественного движения населения в РФ
Рис. 20. Динамика естественного движения населения в РФ

СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ

  1. Аганбегян А.Г. Демографическая драма на пути перспективного развития России // Народонаселение. — М.: Институт социально-экономических проблем народонаселения РАН, 2017. — № 3. — С. 4-23.
  2. Здравоохранение России. Что надо делать. Состояние и предложения: 2019-2024 гг. / Г.Э. Улумбекова. – 3-е изд. – Москва: ГЭОТАР-Медиа, 2019. – 416 с.
Автор: Улумбекова Г.Э.